Listen to “Дарюс Яунишкис, интервью” on Spreaker.

Интервью Эрнеста Алесина с директором Департамента госбезопасности Литвы Дарюсом Яунишкисом.

Эрнест Алесин: – Сегодня был опубликован отчет об опасностях, который ежегодно представляют наши спецслужбы, – это Департамент госбезопасности и наш отдел внешней разведки. У нас в гостях – директор Департамента госбезопасности Литвы Дарюс Яунишкис. Здравствуйте! 
Дарюс Яунишкис: – Добрый день.

Э.А: – Начну, наверное, с неожиданного –  с Китая. Потому что сегодня были упомянуты в отчете и технологии 5G, и социальная сеть LinkedIn – об этом говорят как о возможности большой угрозы. Объясните, пожалуйста: Китай, социальные сети, 5G. О чем идет речь?
Д.Я.: – Я, наверное, начну с самого начала. Потому что сейчас литовская разведка видит большие опасности в кибернетической сфере. И сама Россия, и Китай – они бросают много денег и развивают эту сферу быстро и очень эффективно. Они используют кибернетическое пространство, чтобы получить информацию о стране, о наших гражданах. Что такое эти 5G, – наверное, каждый
уже понимает. Это будущее. Большое будущее. Но с этим будущим у нас возникают большие риски. Потому что у нас нет доказательств пока, но думаем, опасаемся того, что вся эта информация, которая входит в 5G, она доступна китайской разведке. Потому что, вы представляете, если ваш профиль через LinkedIn или другую соцсеть, попадает китайской разведке, она знает о вас все. Знают и сколько людей пользуется этими сетями.

Э.А: – Там приводился пример о том, что через LinkedIn приходят сообщения, особенно бизнес-толка, приглашаются посетить Китай, якобы организовываются бизнес-встречи, – я просто уточню для наших слушателей, и еще раз, не первый и не последний, напомню, что весь отчет можно найти на странице Министерства обороны и на сайте Департамента государственной безопасности Литвы. Так речь шла о том, что используется профиль LinkedIn’а для того чтобы пригласить, как бы поделиться, и невзначай манят в Китай. А мы общаемся. Но при этом разрешите задать простой
бытовой вопрос. А не получают ли наши данные, когда мы покупаем что-то из Китая? Ведь очень много приобретается товара разного толка, электронного товара, который поступает. Это тоже сейчас становится угрозой – то, что наши данные попадают в Китай?
Д.Я.: – Конечно, это угроза. Потому что мы должны понять: все компании или фирмы, которые работают в Китае, по законам Китая все должны рапортовать государству, передать всю информацию, которая нужна их разведке – в этом есть [угроза].

Э.А.: – То есть, любые отношения, не только бизнес, но и такие простые почтовые посылки остаются угрозой?
Д.Я.: – Конечно. Есть такие угрозы и такие риски. И мы должны думать, какую информацию мы передаем. С LinkedIn’ом – это еще другое. Потому что они стараются вербовать наших граждан. Вот это самый большой риск.

Э.А.: – Вы неоднократно говорили, и это уже ощутимо за несколько последних лет, что вы предупреждаете, пытаетесь вести диалог с гражданами, чтобы их предупредить – просто чтобы они обратили больше внимания. Для многих жителей Литвы, независимо от национальности, была приятная новость – это безвизовый режим в Калининград и безвизовый режим в Петербург. Но именно эти два безвизовых режима стали сегодня объектом большого внимания служб безопасности Литвы. Почему?
Д.Я.: – Потому что когда вы пишете эту анкету, в эту анкету вы передаете все свои данные. Дата рождения, ваше имя, много всяких интересных вопросов. Заполняете всю эту карточку, и потом посылаете в интернет – всё это попадает впрямую в русскую разведку.

 

Э.А.: – Хорошо, и тогда что происходит? Человек передал свои данные, данные появились. А в чём же угроза? В чём отличие от того, когда визовый режим? Ведь все те же самые данные подаются.
Д.Я.: – Ну да, те же самые. Но и угроза большая есть, потому что это слишком просто делать, понимаете? Мы делаем их работу полегче.

Э.А.: – Да, на самом деле. Просто более массово люди заполняют личные данные, которые передают в ту страну, в которую едут с безвизовым режимом. Но вы также упоминаете, что это облегчает возможность спецслужб работать и вербовать на своей территории.
Д.Я.: – Да-да, конечно.

Э.А.: – То есть, то, чему мы радовались – то есть, то, что мы опять поехали в какие-то места России насладиться Петербургом – просто открывается больше возможности вербовать. Тогда перейдем к этому вопросу: а кого тогда вербуют, и как? То есть, каждый ли может стать мишенью для вербования, если в этом угрозу вы видите?
Д.Я.: – Вы знаете, каждый может стать мишенью. Потому что сегодня с этой компьютеризацией и кибернетической сферой мы можем держать большие количества данных. Это облегчает работу, потому что есть всякие программы, которые анализируют. Еще раз повторю – облегчают работу разведки. Потому что когда ты скапливаешь много данных – эти данные потом еще легче взять из
этой кибернетической сферы.

Э.А.: – Обмен в прошлом году произошел – точнее, мы завершали год обменом разведчиков. Это обычно нечастая практика, на самом деле, когда обе страны признают, что и там, и там проводилась какая-то работа… Но, возвращаясь к тому, что одна еще из угроз, которая в этом году – мы только что отмечали Международный день Холокоста, закрытия лагеря в Освенциме. Но среди этих же дат будут майские праздники – так мы их всегда называли – это День Победы, как его называют в России, это конец Второй мировой войны, как его называют в коалиции. И вы говорите о том,
что очень много с этим связано манипуляций каких-то информационных. Или попыткой вокруг этого события будет разобщить людей. О чём идет речь? В чем вы видите угрозу?
Д.Я.: – Речь идет о том… потому что мы видим, как Россия старается переписать историю. Мы должны понять, что сейчас России очень важна репутация. Потому что у них есть санкции и другие вопросы, которые они должны решать, и они ищут диалога с восточными странами. И празднование Дня Победы – это тоже часть их внешней политики. Чтобы пригласить страны, и чтобы показать, что Россия не такая уж плохая, и так далее. Но в то же время оккупировать Крым и
делать другие плохие дела это не мешает.

Э.А.: – Но в отчете тоже указаны такие примеры, как проводившиеся мероприятия, которые финансировались извне. А каким будет ваше мнение по поводу мероприятий, которые люди финансируют по собственной инициативе – например, возложение цветов? Потому что можно как-то двусмысленно понять. И вспоминание майских праздников Департамент госбезопасности будет считать каким-то влиянием извне, если люди это делают, или об этом речь, конечно, не идет?
Д.Я.: – Не идет об этом речь, конечно. У нас полная демократия, у нас все граждане, которые живут в Литве, имеют равные права. И если ваш дед или отец погиб во Второй мировой войне, и они тоже воевали с фашизмом, то как можно за это осуждать?

Э.А.: – Наверное, это правильно. Но давайте тогда и последний вопрос, который тоже актуален, особенно нашим слушателям. Обычно это узнается тогда, когда исполнитель приезжает в страну. В прошлом году так произошло в Латвии, когда Григорий Лепс приехал и узнал, что его туда не пустят. С Литвой немного иначе – он выступил в Литве, и потом мы узнали, что он оказался [в этом списке]. Как вы относитесь вообще к спискам? К «черным спискам» исполнителей. Потому что мы не слышим, например, об исполнителях, которые приезжают в Литву – кто-то из британских известных рок-музыкантов, которые позволяют себе восхищаться президентом Российской Федерации – они в Литву въезжают, а какие-то другие исполнители – нет. По какому критерию? И Департамент госбезопасности участвует ли в создании этих списков? Как определяется это?
Д.Я.: – Вы знаете, здесь мы всё равно обращаемся к организаторам. Всё видеть, по-моему, невозможно. Если у организаторов есть хорошая воля, и они сомневаются  в этих исполнителях, тогда они обращаются к нам, и мы садимся и говорим. Если у нас есть какая-то негативная информация, мы, конечно, поделимся и порекомендуем им не приглашать эту группу. То есть, избежать всей этой суеты. Зачем им это нужно? И знаете, одна из наших задач – защищать
литовское общество от мероприятий, которые стараются… с политическим подтекстом.

Э.А.: – Ну, если вернуться еще к тому, как вы говорили, – все-таки вот эта попытка искать диалога, которая была воспринята людьми, и политиками, по-разному, когда Департамент государственной безопасности, как бы на законном уровне, говорил о возможности проведения собеседований – так будем это слово называть, которое общество восприняло как лишение каких-то прав… Но давайте расскажем другую сторону медали. На самом деле, Департамент государственной безопасности просто может предоставить чуть больше, наверное, информации, чем другие структуры, и
посоветовать в сложный момент.  Мы говорим и о бизнесе. То есть, если люди сомневаются. Только что привели пример организаторов концертов. Но, наверное, и к бизнесу у вас такие рекомендации, что можно просто посоветоваться?
Д.Я.: – Да конечно. Если есть какие-то сомнения, мы всегда рады, если позвонят нам и приходят в наш Департамент, и мы можем поделиться какой-то информацией, или помочь людям, чтобы предотвратить какие-то риски. Другое дело, когда начали какие-то поправки этого закона, это было три года назад, и мы долго дискутировали – и это вышло тоже, потому что мы видели, что этот
закон не работает так, как надо. И там мы внесли некоторые поправки, которые, по нашему мнению, помогли бы людям больше сотрудничать [с департаментом].

Э.А.: – То есть, на самом деле, речь и идет о том, что здесь вопрос не угроз, а советоваться, ну а со словами: “Лучше вы к нам!” – я хочу поблагодарить директора Департамента госбезопасности Литвы. Дарюс Яунишкис сегодня был у нас в гостях. Полный отчет об опасностях, об угрозах, который сделан Департаментом госбезопасности и отделом контрразведки Литвы, вы можете найти на сайте Министерства обороны kam.lt, а также на сайте vsd.lt. Спасибо большое!
Д.Я.: – Желаю всем счастья!