Интервью

Проект «Вильнюсу – 700 лет». Маргарита Петерсон: «Я приехала в Вильнюс как турист и почувствовала себя, как дома»

200 Sledite Za Novostjami
Проект «Вильнюсу – 700 лет». Маргарита Петерсон: «Я приехала в Вильнюс как турист и почувствовала себя, как дома»

Проект «Вильнюсу – 700 лет» посвящается литовской столице. Об этом удивительном городе и его многолетней истории рассказывают гиды, живущие в нем люди. Сегодня в гостях у Эрнеста Алесина в эфире R RADIO.lt – гид Маргарита Петерсон. Она рассказала о том, почему Вильнюс становится прибежищем для многих людей, но «остается закрытым и немым для снобов».

– Продолжаем серию бесед, приуроченных к 700-летию столицы Литвы, города Вильнюса. Мы решили посмотреть на семь веков глазами гидов – людей, которые делятся своими знаниями. Сегодня замечательная Рита Петерсон с нами, здравствуйте.

– Здравствуйте. Большое спасибо, что пригласили, и большое спасибо за то, что родился такой цикл передач.

– Знаете, разные люди приходят к нам, разные гиды. Иногда люди вообще даже гидами не являются, но у них есть большое количество историй. Давайте начнем с такого вопроса, очень простого: а вы себя виленчанкой уже считаете?

– Пожалуй, да. Притом у меня это чувство возникло еще в 2016 году, когда я впервые приехала в Вильнюс еще как турист. И, наверное, мой приезд по моему тогдашнему самочувствию можно сравнить с первым приездом Бродского в Литву. Он приехал в Литву первый раз в 1966 году, и, по воспоминаниям, приехал тогда вымотанный, разбитый, на пределе своих сил, и неожиданно нашел здесь для себя пристанище и близких ему по духу людей. И вот со мной произошло примерно что-то подобное. Я приехала в Вильнюс как турист, и впервые почувствовала себя в незнакомом городе действительно как дома. И было ощущение, что душа моя, наверное, родилась именно здесь.

– Вильнюс за последние годы – но, к сожалению, ввиду каких-то, может, малоприятных событий, – стал пристанищем для многих людей. У меня к вам, как к родившемуся не в Литве человеку, вопрос. Как вы могли бы объяснить, почему Вильнюс и Литва так тепло и трепетно относятся ко всем своим соседям и принимают их в тяжелое для них время? Потому что мы пытаемся найти через историю нашего города – это что-то новое, или это что-то вечное? То, что было, и будет всегда.

– На самом деле, действительно, на протяжении многих столетий Вильнюс был убежищем, притом убежищем как для евреев, так и, как мы видим в последнее время, прибежищем и для диссидентов из России. В 12-м году, после дела Болотной площади, тоже очень многие нашли здесь свой второй дом. С печальными событиями, которые произошли в Беларуси не так давно, тоже Литва дала возможность мирной жизни многим белорусам. Но в целом в этом году для меня стало таким краеугольным камнем как раз здание, где располагается сегодня французский книжный магазин, так как в этом доме останавливался и жил одно время Лев Карсавин. Льва Карсавина вместе с другими деятелями науки и искусства на «философском пароходе» отправили в Германию, и затем он также нашел свой дом в Литве и преподавал.

– Надо сказать, что одна из известных школ носит имя Льва Карсавина. А скажите, когда вы для себя открыли город… спрошу немножко иначе. Вы из мегаполиса переехали в достаточно маленький, и все-таки более старый, чем новый, город. Ну, в каком-то смысле – мы не говорим про новые микрорайоны. Появились какие-то места, где вы находите покой, и в которые возвращаетесь? Я имею в виду наши маленькие улочки. У нас все медленнее. Что оказалось? Вам это все оказалось просто как-то более приемлемым, чем скорости и подземки бесконечные?

– Я в плане жизни здесь чувствую себя очень комфортно, И, на самом деле, здесь, в Вильнюсе, успеваешь намного больше. И здесь остается намного больше времени для человеческого, дружеского общения. Я помню, что когда я два года назад переехала в Вильнюс окончательно, то меня поражало, насколько выросла моя социальная активность. Потому что в Москве, например, даже с близкой подругой если вы встречаетесь за год раз шесть, то это уже хорошо. И первое время я была немного ошарашена, когда мои близкие местные друзья предлагали встречаться каждую неделю, а то и несколько раз в неделю.

Когда вы говорите с русскоязычными, для кого Вильнюс только сейчас становится родным, как вы думаете, уже отпечаток, что Вильнюс останется в нашем сердце навсегда, он уже проявляется? Это как бы понятно, что Вильнюс для вас – это уже не просто место на планете Земля?

– Для меня – да.

– А для ваших друзей? Что они говорят о Вильнюсе?

– Для кого-то это тоже уже стало домом. А кто-то только приглядывается. Это всегда история такая… очень личностная. И вот я сейчас как раз вспомнила – сейчас тогда я бы хотела привести цитату очень хорошую Булгака, фотографа. «Настоящий Вильно остается закрытым и немым для снобов. Имеет ли смысл открываться варварам, охотящимся за сувенирами и несведущим в истинных ценностях? Город открывается не каждому, так как свидетельствует негромко о простых и благородных вещах. Он не выкрикивает, как торговец на базаре. Не хвалится своими богатствами. Он лишь направляет благосклонно настроенного путешественника». И он прав.

– Рита Петерсон, человек, который покажет вам совсем-совсем другой Вильнюс. Рита, спасибо вам большое. Вы меня так отвлекли и увлекли моим родным городом, как я даже не мог себе представить. Надеюсь, что и те, кто за нами наблюдал, слушал, откроет для себя совсем-совсем другой Вильнюс. Спасибо вам большое.

Похожее